Житковчанин Александр Грищеня носит обувь на руках

–  Есть профессии и поматерщиннее нашей, – откликается комментарием на устойчивое «ругается как сапожник» Александр Грищеня.

Впрочем, лёгкая обида на ассоциацию никак не  мешает житковчанину разбираться в обуви, менять подошвы,  восстанавливать набойки и вшивать «молнии».

Однако есть в этой нише нечто более глубокое и любопытное. Например, несут в  мастерскую не только сапоги, ботинки, туфли. С сумками, что нуждаются в ремонте, кажется, всё понятно. И даже китайским «витиеватого» сбора чемоданом трудно в этом контексте удивить.  Ведь Александру Грищене приходилось ремонтировать невероятные вещи. Итак, наш удивительный топ: кобура из-под табельного оружия, автомобильные чехлы и даже батут.  Последний вообще тема на терпение – 70 линий по четыре метра и прочную безопасность.

Но, возвращаясь к обуви, интересное выясняем о себе. Итак, самый бум её ремонта приходится на зимние месяцы. Из ста житковчан  всего 30 заботятся о готовности ботинок летом, 30% клиентов страдают плоскостопием, а некоторые забывают туфли-босоножки вообще забрать из мастерской. Такую категорию вещей сапожник называет мёртвой обувью. Но шанс на реанимацию она всё же получает, когда спустя три года кто-то нуждающийся и безденежный с лёгкой руки сапожника вдруг по-волонтёрски обуется. Завершая нелестную тему, стоит отметить и чёрный список клиентов. Да-да те самые, что своё забирают, об оплате чужого труда забывают. По секрету на всякий случай: база недобропорядочных – общесапожная в городе.

Если говорить о самой дорогой к ремонту обуви, то лидирующую позицию занимает спортивная. Специальные кеды в принципе очень недешёвые, потому наши атлеты покупают нередко их со вторых рук и дорожат своими «протекторами». Из эксклюзива приходилось обновлять унты, а из небюджетных – добротные итальянские туфли. Нишу самого высокого качества занимают «элементы» обмундирования милиционеров и охраны. А из сюрреалистичных моментов – залитые суперклеем. Заботливая женщина решила отремонтировать обувь супругу. Весь задник застывающей субстанцией «сдобрила».

– Не устаю повторять: не используйте для обуви трендовый суперклей, – акцентирует сапожник, – он очень грубый, жёстко застывает и даже ломает подошву.

Александр Александрович легко «прочитает» работу своего коллеги, поскольку здесь, как в любом творчестве, – почерк индивидуален. Однако в копилке нашего мастера есть то, что не всем удаётся. Вшить змейку сродни хирургической работе, уверяет наш обувщик.

Случаются и курьёзы. Вот недавно немолодая соседка тапочки на замену подошвы принесла. Работа обойдётся в 17 рублей, а новые можно купить за пятёрку. Отговорить не удалось из-за бронебойного аргумента: «Они мне дороги как память!».

Любимая обувь у мастера – добротная, от прикосновения к коже, уверяет, руке тепло. Тяжёлые заказы те, что типа новые хранятся на антресолях.

– Такая обувь от времени рассыпается. К тому же, если туфли-ботинки-босоножки не носить, они умирают, – констатирует мастер, соглашаясь, что сапожник без сапог в прямом смысле. Ведь свою обувь он ремонтирует в последнюю очередь. Иногда и она не доходит. А вот пишет Александр Грищеня, согласно педагогическому образованию, – каллиграфично и красиво. Так что третий постулат о почерке сапожника точно опровергает.

Дельный совет

Для ухода за кожаной обувью очень удобно использовать полироль для пластика. А замш «взбадривается» от пенного очистителя для салонов автомобилей.

Валентина ПОКОРЧАК

Фото автора