За каждым деревом – человек. История, достижения и люди Житковичского лесхоза

Девяносто лет лесной отрасли Беларуси. Дата, которую можно было бы отметить торжественными речами и памятными грамотами. Но Георгий Шатырин, новый директор Житковичского лесхоза, предпочитает другой формат – без пафоса – о деле.

Наш разговор: о планах, которые не терпят отлагательств, перспективах, требующих смелости. И чуточку – о личном.

— Георгий Владимирович, правда, что Александр Кулик, еще будучи заместителем министра, лет десять назад прочил вас в директора? Как вы вообще пришли к этой должности?

— Да, было такое. В 2017 году я начинал помощником Залесского лесничего, и как раз на семинаре молодых специалистов произошла та встреча. Александр Антонович – он тогда уже министром был, кстати, – посмотрел на меня и сказал: «Вырастете в директора». Я, улыбнувшись, подумал: ну, посмотрим. А в 2021-м действительно предложили возглавить Петриковский лесхоз. И знаете, отказался. Понял, что еще не дорос – ни по знаниям, ни по опыту. Пять лет поработал на разных руководящих должностях, втянулся, пополнил профессиональный багаж. И когда предложили Житковичи – согласился. Теперь точно знаю, зачем.

— Вас называют человеком, который пришел в «нестабильное» время. Мягко говоря. Какие три цели поставили на первый год?

— Ну, про «нестабильность» – это больше о мире в целом. У нас-то в стране, слава Богу, спокойнее. И рынки сбыта есть – тот же азиатский вектор очень выручает. А если о личном, то поставил себе три простые задачи. Первое – поднять людям зарплату. Второе – закрыть вакансии хорошими специалистами. Третье – привести в порядок территорию предприятия. Мне важно, чтобы человек, приходя на работу, чувствовал: здесь о нем думают.

— Говорят, руководителя видно в первые сто дней. Что вас удивило в Житковичском лесхозе? Что заставило задуматься? А что, может, и огорчило?

— Знаете, впечатление о предприятии складывается уже в первый месяц. Так вот, я был по-настоящему поражен тем, с каким энтузиазмом люди работают. Это не просто «от звонка до звонка» – это их жизнь. Каждый вкладывается по-настоящему, и это чувствуется. А вот что действительно заставило задуматься – дефицит кадров. Специалистов не хватает. А ведь люди – это и есть предприятие. Без них  любая техника и гектары теряют смысл.

— Вы пришли не один – с вами и новый главный лесничий Евгений Романов. По каким критериям подбирали?

— Евгений – человек из нашей сферы, он знает все изнутри: и сильные стороны, и болевые точки. Я искал не просто исполнителя, а единомышленника. Того, с кем можно работать в одной связке. Важно, чтобы человек мог и свой потенциал раскрыть, и у меня чему-то научиться. Тогда и предприятие будет расти, и сам специалист станет двигаться вперед.

— Вы сказали о нехватке кадров. Как будете решать? Ведь молодежь сегодня хочет зарплату повыше, а в лесу – нелегко. Что можете предложить, чтобы специалист пришел и остался?

— Готов создавать все условия. Жилье – пожалуйста. Зарплата – достойная. Условия труда – комфортные, насколько это возможно в нашей сфере. Но ведь не только деньгами держится человек. Важно, чтобы ему было хорошо и после работы. Досуг, общение, ощущение, что он не просто винтик, а часть команды. Вот над этим и работаем.

— Вы – человек новый и в лесхозе, и в районе. Кому бы сказали «спасибо»?

— Житковичская земля – она особенная. Полешуки – народ гостеприимный, меня с семьей приняли по-настоящему душевно. Спасибо сказал бы многим. Но в первую очередь – председателю райисполкома Владимиру Антоненко и генеральному директору Гомельского ГПЛХО Игорю Дегтярику. За доверие, за поддержку. И, конечно, всему коллективу. Коллеги, мы с вами делаем одно большое дело. Спасибо вам за то, что приняли.

— И напоследок – два блица. Какое растение для вас – «дерево силы»?

— Для лесовода любое дерево – дерево силы. Потому что за каждым стоит человек, который его вырастил. Вот в этом и есть настоящая сила.

— Главное событие отрасли за 90 лет?

— Для меня лично – то, что лесистость Беларуси перевалила за 40%. Это ведь не просто цифра. Это значит, что поколения лесоводов не зря жили.

Есть женщины в нашем лесхозе

Не только на сильных мужских плечах держится важная отрасль восстановления, насаждения и производства древесины. Здесь есть тонкая эмпатия и интуиция, профессионализм, обаяние и все та же железная ответственность прекрасного, но отнюдь не слабого пола. У двух таких коллег спросили о разном – получили неожиданное. Про каштан-одиночку, бабушку на лавочке и другое. Вот что получилось.

Надежда Вышадкевич, инженер по лесопользованию:

— Что сложнее: объяснить бабушке на лавочке, чем занимаетесь, или доказать коллегам-мужчинам, что справитесь с этой работой?

— Бабушке, наверное, сложнее. У людей такое завуалированное понятие о нашей профессии. Они всех к лесникам приравнивают. Им не важно – инженер или другой специалист. Здесь разграничения нет: лесник, значит, рубит деревья. А что касается дела, нас можно сравнить даже с врачами. Все «бесполые». Более того, иногда, кажется, мужчины стараются как-то переложить ответственность на девушек. А мы все можем, ведь сегодня есть женщины-вальщики, руководители подразделений и предприятий. Так что в плане работы мы справляемся наравне. И доказывать вербально не приходится, обо всем говорят дела.

— Нельзя сказать, что лес – мужского «рода»?

— Только наполовину. А сегодня уже, наверное, в отрасли женщины даже преобладают, мне кажется. Помню, еще в университете соотношение было 70 на 30 в пользу девушек.

— Приходилось ли когда-нибудь «консультироваться» с лесом при принятии важного решения?

— Ну, именно при принятии решений – нет. А если просто снять какой-то стресс, прогуляться, подышать воздухом – это да. Но все равно всегда видишь все недочеты… В лесу хорошо, но смотришь на него как на работу. Здесь непросто отдыхать. Ведь сразу «включается» глаз инженера: вот мусор лежит, тут не убрали, там не покрасили. Запоминаешь: так, надо сказать лесничему… Хотя иногда, конечно, природа – исцеление.

— Какой совет дали бы девушке, которая только поступает в лесной?

— Не бояться. И не слушать тех, кто скажет: «Не женское это дело». Как уже сказала, профессия вне пола. Главное – любить то, чем занимаешься. А лес научит и терпению, и вниманию, и тому, что мелочей в нашей профессии не бывает.

Ирина Крякина, начальник отдела лесного хозяйства и лесовосстановления:

— Какой запах у вас ассоциируется с идеальным рабочим днем?

— Вообще-то, хвоя после дождя – самый приятный запах, он расслабляет. Но работа, в частности, тесно связана с документами. Поэтому, как ни крути, приходится вдыхать аромат бумаг. Если начало складывается благоприятно, то утренний запах хвои задает позитив на весь день, и дело идет, что называется, «на одной ноге». А, бывает, нюхаешь документы, и ничего не получается. Или все вязнет, как смола – медленно, с трудом. Правда, с хвоей (улыбается. – Авт.) все решается быстрее и незаметнее.

— Если бы нужно было выбрать себе «лесное тотемное дерево»?

— Пожалуй, мне импонирует каштан. Во-первых, он красивый: и листья, и цветы, и плоды необычные. Но главное – в себе много чего объединяет. С одной стороны, это твердая порода. А с другой – очень уязвимая, потому что сильно болеет. Вот этот контраст внешней силы и внутренней ранимости и откликается.

— Какую площадь засадили бы?

— Каштан любит расти в одиночестве, чтобы вся красота его раскрылась. Он индивидуалист. Ему нужно быть одному, чтобы проявить всю свою сущность. Думаю, аллеи, где-то в парке, вдоль тропинок – достаточно.

— 90 лет отрасли – как ассоциируются с человеческим возрастом?

— Где-то 40-45 лет. Считаю, это самый жизненный расцвет: к этому времени уже набираешься определенного опыта, начинаешь что-то понимать, и еще можешь многое сделать. Так что в этом сегменте: 40, даже 50.

 

Валентина ПОКОРЧАК

Фото автора и Алины Блоцкой