Обереги рода людского: династия ветеринаров в Житковичах

Кем мог стать человек, практически родившийся в ветеринарной лечебнице? Вариантов, конечно, множество. Однако не в случае Николая Сергейчика, сына доктора для животных, единственного на послевоенный период в Житковичском районе с профильным высшим образованием. Кстати, место работы врача, приехавшего в райцентр после окончания вуза, и сейчас тематично. В том самом доме по улице Дзержинского изменился лишь фасад с интерьером, трансформировав здание в ветеринарную аптеку.

 

Николай Андреевич, в вашей семье выросла целая профессиональная династия?

— Если считать отцовский стаж, мой, дочери, она работает  ветврачом на рынке, и сына, что трудится санитаром в ветлечебнице, то получится около 140 лет.  Мои родители учились в Витебской  ветеринарной академии. Началась война, папу забрали служить, мама партизанила. Вуз отец оканчивал уже после Победы. К слову, диплом этой лучшей высшей школы ветеринарии в Беларуси  получил и я.  Профессия всегда считалась благородно востребованной. Помню, у нас в академии висел слоган-цитата российского учёного, основоположника военно-полевой ветеринарной хирургии Сергея Евсеенко: «Врач лечит человека, а ветеринарный врач оберегает человечество».

Особенно, если учесть, что коровы-свиньи не расскажут, где болит, так и есть?

— Лучше и понятнее о важности труда ветеринаров, которые, по сути, защищают здоровье и благополучие всего общества, не скажешь. Очевидно, что животные играют важную роль в цепочке питания людей.  А врачи не только занимаются лечением, но и  контролируют тему  распространения инфекционных заболеваний как зверей, так и тех,  что могут передаваться человеку.

Как развивалась ветеринария в районе? Вы ведь многие периоды видели изнутри.

— В то время, когда работал мой отец, в большом приоритете были лошади. Это и понятно, они представляли собой гужевой транспорт, помогали в земледелии. В общем, важная тягловая сила. Очень строго спрашивали за падёж, могли и уголовное дело рассматривать. В мою раннюю бытность, конечно, многое изменилось. Сразу после академии  мне довелось поработать главным ветврачом колхоза «Новая жизнь» (ныне ОАО «Туровщина»). Приходилось отвечать и одновременно учиться у тех, кто имел куда больший опыт.

Что тогда оказалось самым сложным?

— Стерилизация лошадей. Именно там мне пришлось это делать впервые. Крупное животное надо было как-то усыпить, в общем одному не справиться. Да и вообще позже, когда  стал главным врачом Житковичской ветстанции (к слову, некоторое время перед этим на такой же должности потрудился в соседнем районе), малым числом специалистов, а ветеринарная служба Житковщины у нас состояла из трёх человек, выполняли огромный спектр дел. Это  ныне коллеги в хозяйствах анализ могут сделать, прививки плановые и т.д. А в  то время приходилось больше времени проводить в колхозах. Профилактика и сегодня основа всей ветеринарии, а тогда главный акцент делали на предупреждение туберкулёза и лейкоза. Плюс, представьте, на Житковщине насчитывалось порядка девяти тысяч коров у людей. Не говорю о свиньях и т.д.

Ещё и африканскую чуму пережили?

— АЧС в районе, по крайней мере, официально, не зарегистрирована. Очаговые случаи локализовали оперативно и ликвидировали. Но это, конечно, принесло огромные экономические убытки.

А какие виды животных ещё выращивали?

— В колхозе имени Ленина имелась овцеферма. И практически в каждом хозяйстве держали птицу. Как-то на одной из ферм массово погибли куры. ЧП. Стали искать причину и выяснили, что виноват комбикормовый завод. Он не выдержал технологию производства, произошло  отравление. А в общем тогда служба нацеливалась на сельскохозяйственные виды. Как сегодня кошкам-собачкам не уделялось столько ветеринарного внимания.

Финансовые санкции вводились администрацией за падёж?

— Тогда как-то массового не случалось, а за естественный не высчитывали. Однако максимально старались не допускать. В Калинковичском районе  был зверинец, туда мы поставляли выбраковку, но иногда они брали и падёж для своих животных. У нас даже появился метод заморозки. Так слегка хитрили, снижая  цифры потерь.

Зоотехническая и ветеринарная службы почти всегда в оппозиции. Одни обвиняют, что не долечили, вторые уверены, что плохо накормили. Вот и случилось ЧП.

— Возможно, так и есть. Только не в наших взаимоотношениях с главным тогда зоотехником района Григорием Крондой. Мы умели найти компромисс. Как-то приехал мой вышестоящий областной руководитель в Житковичи. После всех дел, в кулуарах Григорий Григорьевич произнёс что-то о дружбе зоотехнической и ветеринарной служб. «Он что, над нами  иронизирует?» – спросил гость. Нет, говорю, у нас единодушие. Даже на областные совещания, в то время как большинство специалистов из районов приезжали на разных машинах, мы отправлялись вместе.

Вы перебирались и в новые апартаменты ветстанции, что по улице Хвойной?

— В начале двухтысячных из здания по улице Фрунзе, там сегодня частный магазин, нас и переселили в помещение бывшей кормовой лаборатории. Её накануне закрыли… Конечно, двухэтажный офис, в котором всего лишь несколько кабинетов были в порядке, показался нам огромным. Также всё нуждалось в ремонте. Приходилось облагораживать.

В вашу бытность главным ветврачом района открывали и Туровский молочный комбинат в 2013 году?

— Тогда для нашей службы появилась совершенно новая тема. Не только отгрузка сыров.  Как и сегодня, предприятие принимало молоко класса  «экстра». На этот уровень надо было выходить. И мы вскоре получили 50% такого сырья, попав  в тройку лидеров Гомельщины. На моей практике и закупка скота «Туровщиной». Плюс новая порода для нас – лимузины, так называемая  мраморная говядина. У каждого времени – свои задачи.

Самый невероятный случай из практики?

— Как-то заезжаем в одно из хозяйств  и наблюдаем картину: ветеринар в панике мечется среди телят, которые лежат без признаков жизни. «Вот, – говорит, – уколол витамин, а они попадали».  Выясняем, что врач, не досмотрев, попутал пузырьки. И вместо полезного АДЕ ввёл антигельминт. А поскольку препарат в несколько раз превышал дозировку, то для животных оказался смертельным.

Николай Андреевич, а что считаете главным достижением прогресса ветеринарии?

— Реактивы, что способствуют быстрому биохимическому анализу той же крови животного, в том числе на гормоны, иммунологические исследования, на инфекции и другие патологии. Современная диагностика конкретной болезни, мониторинг здоровья животного, контроль  лечения – всё это сегодня гораздо облегчает работу. К тому же, максимально исключается погрешность.

Правда, что вы предложили должность главного врача района нынешнему руководителю, легко уступив своё место?

— Так и есть. Сергей Ярмош – способный, перспективный и грамотный врач. На то время он работал заместителем главного, и мы просто поменялись должностями. Что считаю логичным. Тем более надо уступать профессиональное пространство молодым. Вот только жаль, что ветврачей сегодня не хватает, а профессия теряет престиж.

А быть ветеринаром, это же не только заниматься животными. В первую очередь – развиваться в общении с людьми.

 

 Было дело в 90-ых

Как-то в одном из хозяйств Житковщины доярки пропустили тельную корову на пастбище. А та ничего лучше не придумала, как произвести на свет телёнка. Да вот беда: как ни тужилась рогатая мамаша, ничего не получалось. И тут пастуху приходит «гениальная» идея. Чтобы помочь страдалице, мужчина привязал показавшиеся ноги детёныша шпагатом, а вторым концом верёвки обмотал собственную талию. Бурёнка от неожиданности  рванула вперёд, поднимая вихрем пастуха. Тот с такой скоростью в жизни ещё не бегал. Благо, телёнок выскочил раньше, чем корова убила «акушера». В больницу, конечно, попал, но главное жив остался.

Дело было в нулевых

У коровы остановился желудок. Несварение, знаете ли, чревато трагедией. Надо бы настой чемерицы влить и процесс запустить. А препарата не оказалось. Однако выход есть всегда. Один очень нежадный к спиртному врач влил бурёнке две бутылки водки. Помогла ли бы ей чемерица, вопрос открытый, а вот высокоградусное лечение эффекта не дало, коровку пришлось дорезать. «Эх, – сокрушался доктор, – зря только водку перевёл!».

Нестандартное лечение

Раньше почти в каждом хозяйстве картошку выращивали. И даже коров ею кормили. Вот тогда и случилась трагикомичная история. Бурёнка «бульбой» подавилась. Бригадиры волнуются, на врача надеясь. Но инородное тело попало в трахею, и без ущерба не вытащить никак. Надо животное дорезать. Заведующий фермой от отчаянья и  безысходности с силой бурёнку по горлу стукнул. Бац! И картофелина выскочила, а корова ожила. Гениальное просто.

Зелёный сюрприз

В Житковичах кустовой семинар. Изучают раннюю диагностику стельности методом УЗИ. С планшетом и всеми делами. Вместо обследования через прямую кишку, что позволяет определить наличие плода в матке, теперь используют маленький прибор с видом на дисплей. Специалистам интересно, подходят поближе. Корова тужилась-тужилась, а потом внезапно как брызнет навозом в толпу любопытствующих. Зелёным, прочным.  Следующим днём тогдашний председатель райисполкома поинтересовался у одного из главных специалистов, как тот отстирал сорочку. «Выбросил, – признался мужчина, – просто купил две одинаковые. Это дело знаю, бывает».

 

 

Валентина ПОКОРЧАК

Фото автора