Береженого Бог бережет. Авторская колонка журналиста «НП»

«Весь мир не стоит слезинки ребенка» – отсылаю себя к незабвенному Федору Достоевскому, чтобы напомнить о самых банально-фундаментальных ценностях общества человеческого. И обозначить то, что в принципе дискуссии не подлежит. Это в контексте беспрецедентного случая – попадания дрона в автобус с белорусскими детьми в Брянской области.

Но, прежде чем проанализировать полярность споров насчет путешествия, стоит оговориться: случайного удара такими средствами поражения не бывает, если их не сбивают. Как утверждают открытые и понимающие источники, современный беспилотник может рассмотреть автобус на дороге с детальностью вплоть до отдельных элементов, таких, например, как колеса, окна, фары, открытые двери. Камера высокого разрешения или оптический зум позволяют видеть пассажиров в салоне, разметку на асфальте, степень повреждения кузова. Оператор четко поймет, что это за модель автобуса. Это, к слову и по факту.

А теперь поговорим о реакции. Обсуждая происшествие, коллега заметила, дескать, родители что вообще не понимают опасность? Зачем, акцентирует, они детей отправили на отдых, подвергая риску? Затем в одном из чатов наткнулась на эмоциональный диалог. Мнение выливалось примерно в спич: «Если вы даже телевизором зомбированы, то интернет вам в информационную помощь – читайте и анализируйте, оценивайте реальность нынешней ситуации!». Вроде бы все верно, только вот стану на защиту родителей, отпустивших ребятишек к морю. У меня есть аргументы и личный психологический опыт. Дело в том, что, живя в благополучном, размеренном мире, человек себя чувствует в абсолютной безопасности. Даже слова Президента о том, что «война не там где-то далеко – в Афганистане, в Сирии, в Ливии. Она уже у нас: за нашим забором – острый конфликт; внутри – вы видите, что происходит», не воспринимаются буквально потому, что, кажется, касается кого-то другого, не нас. Безусловно, все люди разные и реакции на те или иные обстоятельства случаются полярными. Но в целом, когда в прошлой моей жизни обстреливали Дебальцево и жители спасались в спутнике города областного подчинения – Светлодарске, местные сдавали квартиры по баснословным ценам. «Как же так? – возмущались беженцы. – Мы ведь одной крови!». Затем война пришла в Светлодарск, и уже оттуда заработавшие на аренде мчались в Бахмут, на тех же условиях снимая жилье. Можно обвинить людей в черствости, безэмпатичности, и да, своя рубашка всегда ближе к телу. Но, «это меня не коснется» – так работает подсознание.

Помню, как под обстрелами мы ездили на работу. Мне тогда казалось, что иначе просто нельзя. Информационные поводы оставались жестокими, газету почта доставляла с перебоями. Но у нас имелись финансовые обязательства перед подписчиками и рекламодателями. Как-то путь автобусу преградили военные, предупреждая, что дальше ехать нельзя, приказав отключить телефоны, которые могли привлечь попадание. Женщина напротив достала блокнот и, шевеля губами, принялась читать молитву. Мужчина рядом обхватил голову руками, будто пытался дематериализоваться. А незнакомая девушка вдруг нервно протянула мне конфету: «Хотите?». Все это – под аккомпанемент приближающихся взрывов. Однако и тогда большинство пассажиров, несмотря на запрет, вышло из салона на улицу.

Наш оператор компьютерной верстки Женя жила за перекрестком, который безбожно бомбили, доставалось и всему микрорайону. Семья все это время пряталась в погребе. Отец, невзирая на мольбу родных, лишь чуть утихали обстрелы, выныривал во двор по делам хозяйским. С ним ничего не могло случиться, уверял контраргументом. Но в одну из вылазок мужчину убило осколком. Наша редакция располагалась в исполкоме. Рядом с этим зданием в небольшом домике ютилась пожилая пара. Сын, волнуясь о родителях, несколько раз приезжал, чтобы забрать их к себе в многоэтажку. Протест удалось сломить с очень большим трудом, и когда реально стало очень горячо. Это старикам спасло жизнь, поскольку от их дома после попадания снаряда осталось лишь пепелище.

И в заключение – о снаряде, который в одну воронку не попадает. Гипотеза опровергнута жизнью. Попадает – еще и как. Во время обстрелов у знакомой предпринимательницы снесло добротный дом. Семью переселили в пустующий, что люди, опасаясь за свои жизни, бросили. Удар сравнял с землей и его. К счастью, все остались живы.

Судить никого нельзя. Ведь у каждого свой критерий понимания личной безопасности. Но то, что испытали родители тех ребятишек, не пожелаешь никому. Поэтому нам всем надо услышать указанные слова Президента. И да: береженого Бог бережет. Это и правда работает.

Валентина ПОКОРЧАК