Вовремя диагностировать: главврач Житковичского района Максим Жадинец о главных угрозах здоровью

Онколог-хирург, трудоголик,  — и новый главврач Житковичского района Максим Жадинец. О том, что его пугает, на что делает ставку и почему сельские ФАПы спасут ситуацию, — в интервью.

— Максим Иванович, какие главные угрозы здоровью жителей нашего района вы видите сегодня? Что беспокоит вас больше всего?

— Первое — онкология. В этом году очень много случаев выявления болезни на поздних стадиях — третьей и четвертой. Прогноз крайне неблагоприятный: средняя выживаемость — до года. Плюс болевые синдромы, качество жизни сильно ухудшается. А ведь все это можно предупредить: диспансеризация, самообследование, своевременное обращение к врачу. Человек сам может почувствовать — женщина, например,  заметит уплотнение в молочной железе. Или если нарушился стул — диарея или запор. Голос осип — это уже может быть заболевание гортани. Проблемы с кишечником — риск патологии сигмовидной кишки. Человек в принципе способен это отследить и выявить на ранних стадиях. Главное — вовремя обратиться к доктору, сдать анализы, пройти инструментальные исследования. Тогда эффективность будет высокой.

Второе — болезни системы кровообращения. Особенно у возрастной группы: люди нерегулярно принимают лекарства, редко показываются врачу. В жару — скачки давления, инфаркты, инсульты. А ведь практически у каждого есть тонометр. Если схема лечения не помогает, надо прийти к доктору повторно. Есть холтеровское мониторирование, ЭКГ, велоэргометрия. Направим к кардиологу. Все доступно.

Третье — эндокринные нарушения. Растет число диабетов и заболеваний щитовидной железы. Питаемся нерегулярно, много добавок в продуктах — все сказывается. Появляется потливость, утомляемость — проверьте глюкозу, гормоны щитовидной железы, сделайте УЗИ. Лучше предупредить, чем потом пожизненно принимать таблетки или колоть инсулин.

Это три главных аспекта: онкология, сердечно-сосудистые и эндокринные заболевания — самые серьезные угрозы для жителей Житковичского района.

— А что вас как специалиста  настораживает больше всего?

— Самая большая обеспокоенность — онкология. Я врач-онколог-хирург, поэтому для меня это особенно остро. Разные локализации, разные стадии — люди на глазах угасают. Хотя можно было предупредить. Несвоевременное обращение приводит к серьезным последствиям.

— На что, прежде всего, намерены сделать ставку?  Вы акцентировались на поликлиническом звене.

— На первичное звено — врача общей практики. Более 50% успеха зависит от него. Вовремя назначить анализы, провести инструментальные исследования согласно протоколам. Если доктор общей практики подозревает заболевание — первым делом должен исключить онкологию. Дальше по цепочке: УЗИ, КТ, рентген, онкомаркеры. Это помогает диагностике на ранних стадиях.

Если подозрение подтверждается — нужно верифицировать опухоль, узнать гистологическое строение. Берем биопсию, направляем на межрайонный уровень — в мозырский или гомельский онкодиспансеры. Там проводят иммуногистохимию: определяют чувствительность опухоли к препаратам, назначают химиотерапию, лучевую терапию, хирургическое лечение в комплексе.

Плюс то, что ранее говорил насчет самообследования. Если на коже появляются не очень красивые родинки, пигментные пятна — тоже повод сразу обратиться к врачу. Или долго незаживающие раны в области лица, на руках, коже спины — это больше характерно для пожилого возраста. Это может быть базалиома или уже меланома. Самый злокачественный и опасный рак. Можно подойти к дерматологу — проводится дерматоскопия, при необходимости берут соскоб. Основной метод лечения — хирургический или лучевой. При базалиомах проводят лучевую терапию, при меланомах — хирургическое лечение. Если уже далеко зашедшее заболевание — курсы химиотерапии или лучевой терапии в том числе.

— Вы практически неделю здесь. Скажите, удалось ли оценить масштабы нашей материально-технической базы? Достаточно ли имеем оборудования для того, чтобы на ранних стадиях выявить то, о чем мы сейчас говорили?

— В принципе, да. Оборудования достаточно для выявления органических заболеваний на ранних стадиях. Колоноскопия позволяет определить предраковые состояния и онкологию. ФГДС — выявить проблемы пищевода и желудка. Предраковые полипы удаляем сразу с коагуляцией и отправляем на гистологию. УЗИ щитовидной железы — можем посмотреть узлы, кисты, изменения. Плюс КТ, рентгеновские снимки…

— А что с кадрами? Достаточно ли узких специалистов?

— Есть вопросы. Офтальмологов, неврологов, ЛОР-врачей не хватает. Поэтому будем перераспределять нагрузку на докторов общей практики. Это поможет разгрузить прием. Плюс нужно, чтобы люди с пониманием относились: тот же офтальмолог у нас в одном лице, а население — 30 с лишним тысяч. Поэтому будем прорабатывать направление к врачам общей практики. Для прохождения медкомиссий, если требуется узкий специалист, и мы видим, что к нему не попасть — они могут ставить комиссию и за офтальмолога, и за невролога, и за лора. Врачи общей практики — специалисты широкого профиля.

— Как сделать медицинскую помощь более доступной в отдаленных населенных пунктах?

— Здесь направления такие: работа передвижного ФАПа согласно графику — он есть на сайте. Плюс выезд узких специалистов на район — раз в неделю группа врачей направляется в тот или иной населенный пункт. Информируем людей через сельские Советы.

— Расскажите, какие личные привычки у вас есть, которые могли бы перенять коллеги и пациенты? Что вы посоветуете?

— Лично я — большой трудоголик. Отдых для меня — смена деятельности. Когда много работаешь, появляется жизненный потенциал, рвение. Для меня главная задача — помочь человеку. Принцип гуманности: относись к людям так, как хочешь, чтобы относились к тебе. Если не могу помочь в своей сфере — звоню коллегам, чтобы человек не ходил по поликлиникам, а сразу получил поддержку. Если нет возможности — направляю на уровень выше.

— А что насчет спорта, правильного питания? Может быть, вы что-то любите?

— В данной специфике работы врача сложно найти время для спорта. А так, в принципе, это — отдых на природе. Рыбалку очень люблю, походы, тихую охоту — грибы, ягоды. Это все детство, юность и отрочество — надеюсь, и дальше будут со мной эти моменты связаны.

— Есть ли у вас личное правило в питании или отказе от вредных привычек, которое вы могли бы назвать главным секретом?

— Пока нет.

Светлана СЕВОСТЬЯНОВА

Фото автора